ГЛАВНАЯ    АРХИВ    О ЖУРНАЛЕ    ФОРУМ    ПАРТНЕРЫ
# 2 (3) март-апрель 2002

НЕФТЬ И ПОЛИТИКА

СМУТНОЕ ВРЕМЯ ПОЗАДИ

После десятилетия непростых преобразований российская нефтянка наконец достигла стабильности



На долю нефтяной отрасли приходится почти 10% общего объема промышленного производства России, 6% ВВП, 22% валютных поступлений и 17% налоговых платежей

Роль нефтяного сектора в российской экономике, безусловно, велика. Россия – одна из ведущих стран по добыче нефти (больше «черного золота» добывают лишь Саудовская Аравия и Соединенные Штаты). Из извлеченных на поверхность в 2001 году 347 млн тонн нефти на экспорт, по некоторым оценкам, ушло около 155 млн тонн, что делает Россию вторым (после все той же Саудовской Аравии) экспортером «черного золота».

Опыт 1999-2001 годов, когда цена нефти на мировом рынке была особенно высока, показал, что именно эта отрасль может исполнять роль стабилизатора экономики. Дополнительные доходы от экспорта нефти позволили правительству расплачиваться по своим внешним обязательствам, сами нефтяные компании инвестировали прибыли и в свою, и в смежные отрасли. Рост инвестиций в нефтяном секторе привел к росту спроса на продукцию металлургии и машиностроения, обеспечивающих нефтяников трубами и оборудованием.
Поэтому неудивительно, что многие в России и за ее пределами связывают благополучие российской экономики с ситуацией в нефтяной отрасли.
В 2000 году правительство опубликовало «Энергетическую стратегию Российской Федерации», в которой акцентировалась значимость топливно-энергетического комплекса и намечались основные направления государственной политики в сфере его развития. В «Стратегии», разработанной в то время когда уровень добычи «черного золота» находился на уровне 300 млн тонн, правительственные эксперты прогнозировали постепенное увеличение объемов добычи до 335 млн тонн в 2010 году и до 350 млн тонн в 2020-м.
Реальность превзошла эти ожидания: уже в 2000 году добыча нефти составила 323 млн тонн, а в 2001-м, по предварительным данным, – 347 млн. Столь быстрый рост показал, что кризис российской нефтянки начала 90-х (когда резко снизилась добыча, уменьшились инвестиции, притом, что вопросы собственности и пользования месторождениями не были решены) преодолен.

Учитывая, что на долю России приходится 11-13% прогнозных и 5% разведанных мировых нефтяных ресурсов, добыча нефти в стране достаточно долго – от 30 до 50 лет – может поддерживаться на нынешнем уровне

СМУТНОЕ ВРЕМЯ
Начало 90-х в российской нефтяной промышленности, пожалуй, можно сравнить со Смутным временем в российской истории. В 1991 году некогда всемогущий Миннефтегазпром приказал долго жить, и в отрасли образовался правовой и финансовый вакуум: никто толком не понимал, кто кому подчиняется и что кому принадлежит.
Борьба за контроль над ресурсами и финансовыми потоками началась еще до того, как сошла на нет эйфория от событий августа 1991-го. Уже в ноябре возникла первая вертикально интегрированная нефтяная компания (ВИНК) – «ЛУКойл», которую возглавил первый замминистра нефтегазовой промышленности СССР Вагит Алекперов. В 1992-1995 годах по такой же модели – от скважины до бензоколонки – были созданы еще шесть ВИНК – ЮКОС, «Сургутнефтегаз», Сибирско-дальневосточная нефтяная компания («Сиданко»), «Славнефть», «Онако» и Тюменская нефтяная компания (ТНК). В двух нефтедобывающих республиках, Татарстане и Башкортостане, которые смогли выторговать у Москвы значительные экономические льготы, появились свои вертикально интегрированные нефтяные компании – так образовались «Татнефть» и «Башнефть».
Вслед за демонополизацией отрасли началась ее приватизация, которую на Западе окрестили разграблением России. В ту пору правительство, которому принадлежали практически все акции новообразованных нефтяных компаний (за исключением небольших пакетов, переданных трудовым коллективам), срочно нуждалось в средствах – в середине 90-х бюджетный дефицит в России достигал невиданных величин. Вставшие на ноги банки и финансовые компании выступили с заманчивым предложением предоставить правительству кредиты под залог акций ряда крупных компаний, в частности нефтяных. В случае если правительство не возвращало кредит вовремя, банки имели право продать находившиеся в залоге акции с аукциона. Что в результате и произошло.

В 1996-1997 годах большинство российских нефтяных компаний оказалось в частных руках

В продаже акций по подобной схеме не было бы ничего удивительного, если бы не те цены, за которые громадные государственные активы распродавались с молотка. Так, 45-процентный пакет акций ЮКОСа был выкуплен банком «Менатеп» (который и устроил аукцион) всего за 160,1 млн долларов. Контрольный пакет в 51% акций компании «Сиданко» оказался в руках организовавшего аукцион Онэксимбанка за 129,8 млн долларов. Аналогичный пакет «Сибнефти» ушел структурам, подконтрольным Роману Абрамовичу и Борису Березовскому, за 110 млн долларов. Крупные пакеты акций еще двух крупных компаний – «ЛУКойла» и «Сургутнефтегаза» – были проданы не банкам, а инвестиционным фондам самих компаний, которые в результате перешли под контроль своего высшего менеджмента.
Лишь более поздние приватизации – например, продажа Тюменской нефтяной компании группе «Альфа» в 1998-1999 годах – характеризовались, по мнению наблюдателей, более честной ценой. ТНК, резервы которой в момент продажи были значительно меньше резервов того же ЮКОСа, была продана с двух аукционов за 1,7 млрд долларов.

ОНИ ВСЕ РАЗНЫЕ
К концу 90-х в России сформировались три типа крупных нефтяных компаний. Некоторые из них - ЮКОС, «Сибнефть», ТНК, «Сиданко» – стали составной частью финансово-промышленных групп. Учитывая, что нефть была наиболее ликвидным российским товаром на мировых рынках, эти компании превратились в настоящих «дойных коров» для материнских ФПГ. Со времени продажи эти компании пережили период масштабной реструктуризации, когда из них были выведены непрофильные активы, сокращался персонал и повышалась эффективность деятельности. Все это было сделано для того, чтобы как можно быстрее заработать деньги для инвестиций в другие отрасли – телекоммуникации, недвижимость, банки, нефтехимию и т. д.
«ЛУКойл» и «Сургутнефтегаз», с момента основания возглавляемые соответственно Вагитом Алекперовым и Владимиром Богдановым, оказались под контролем высшего менеджмента, вышедшего из нефтяной отрасли, а не из финансовых кругов, как в компаниях первого типа. Не входя в финансово-промышленные группы, обе компании создали вокруг себя целый ряд финансовых структур (пенсионные, инвестиционные фонды), в которые направлялись заработанные средства. Они иначе строили свои стратегии, реструктуризация почти не проводилась. В то же время гораздо больше внимания уделили социальным программам: на сегодняшний день работники этих компаний и их «нефтяные города» (такие, например, как лукойловские Лангепас или Когалым) оказались наиболее социально защищенными в отрасли.
Третья группа компаний включает в себя те, в управлении которыми важную роль по-прежнему играет государство. Среди них – почти на 100% государственная «Роснефть», российско-белорусская «Славнефть» и подконтрольные правительствам своих республик «Татнефть» и «Башнефть». Они в меньшей степени, чем компании, находящиеся в частных руках, были затронуты реструктуризацией, особенно по части своей эффективности. Лишь «Татнефть», которая в последние годы стала активизироваться за пределами Татарстана, начала движение в сторону более рыночной стратегии.
Кроме крупных вертикально интегрированных компаний, в которых объединены добыча, переработка нефти и продажа нефтепродуктов потребителям, в России насчитывается еще свыше 130 нефтяных компаний, не имеющих интегрированной структуры и занятых только в сфере добычи нефти. Они, хотя и добывают лишь пятую часть российской нефти, играют весьма важную роль в развитии отрасли. Это связано прежде всего с тем, что в отличие от гигантов, работающих на крупных месторождениях с высоким дебетом, малые компании занимаются небольшими месторождениями, часто с низким дебетом и невысоким качеством нефти, в которых крупные ВИНК просто не заинтересованы. И при этом добиваются высокой производительности. Так, если в вертикально интегрированных гигантах производительность труда составляет в среднем 640 тонн на одного занятого, то в неинтегрированных малых компаниях – 2000 тонн.

ВСЕ МЕНЯЕТСЯ

За прошедшие с начала реформ годы руководство нефтяных компаний научилось эффективно ими управлять

После того как были заработаны первоначальные капиталы, в российской нефтянке поняли, что для долгосрочного развития нужно изменить стратегию.
Еще в конце 90-х в штаб-квартирах ЮКОСа, «ЛУКойла, «Сибнефти» и ТНК задумались о корпоративном управлении и прозрачности, начали публиковать на своих сайтах годовые отчеты и перевели учет на международный стандарт US GAAP. Компании отказались от характерной для середины 90-х годов практики по уводу средств от налогов на банковские счета в офшорных зонах и перестали притеснять миноритарных акционеров. Они ввели в состав совета директоров многочисленных иностранцев – как специалистов нефтяного бизнеса, так и инвесторов с мировым именем. Например, совсем недавно «ЛУКойл» объявил о вводе в совет директоров знаменитого Марка Мобиуса, управляющего инвестиционным фондом Templeton. На Западе у этого человека репутация финансового гуру.
Основная причина всех этих перемен такова: в России много нефти и недостаточно финансовых ресурсов для освоения новых месторождений. Поэтому российские компании заинтересованы в увеличении своей инвестиционной привлекательности – так как их собственные средства позволяют лишь сохранять имеющийся уровень добычи, а дальнейший рост возможен только в случае притока инвестиций.
Круг источников инвестиций в российскую нефтянку довольно ограничен. Отечественная банковская система, до сих пор до конца не оправившаяся от августа 1998 года, не в состоянии дать нефтяникам то, в чем они заинтересованы – долгосрочные кредиты под низкие проценты. Поэтому последним остается обращаться либо к фондовому рынку, либо к иностранцам. Российский фондовый рынок, хотя и вырос в 2001 году на 221%, по-прежнему остается недокапитализированным. Если по запасам нефти, находящимся на балансе у нефтяных компаний, отечественные компании намного опережают западных конкурентов (например, резервы крупнейшей по запасам российской компании «ЛУКойл» на 15% больше, чем у ExxonMobil, крупнейшей по запасам нефти западной компании), то по капитализации они заметно отстают. Так, если у British Petroleum (BP) капитализация составляет весьма приличные 177 млрд долларов, то капитализация сопоставимого с ней по добыче ЮКОСа в начале февраля составила лишь 14,3 млрд. Немногим меньше капитализации «Сургутнефтегаза» (13 млрд долларов) и «ЛУКойла» (11,9 млрд).
В этой ситуации продажа своих акций иностранцам оказывается для российских компаний крайне невыгодной в долгосрочной перспективе. Ведь потенциально «ЛУКойл» или ЮКОС могут стоить столько же, сколько BP или Royal Dutch/Shell. Кроме того, еще в эпоху становления вертикально интегрированных гигантов российским кампаниям удалось взять под свой контроль все наиболее привлекательные резервы, практически ничего не оставив иностранцам.

До сих пор иностранное участие в российской нефтяной отрасли оставалось крайне незначительным: российские компании не желали продавать себя по дешевке

И все же иностранный капитал проявляет значительный интерес к российской нефтяной отрасли. К примеру, Джон Браун, исполнительный директор British Petroleum, недавно назвал нашу страну «местом, где мы можем расширить наши интересы». Его заявление еще более примечательно, если учесть, что BP больше других иностранцев знает о рисках ведения бизнеса в России. В 1997 году она вложила 571 млн долларов в «Сиданко» – и всего через год была вынуждена списать со счетов 200 млн. Впрочем, впоследствии BP удалось поставить «Сиданко» на ноги, реструктурировать долги этой компании и вернуть контроль над ее основным средствами после нескольких лет судебных споров.
Интерес к российской нефтяной промышленности проявляет еще десяток международных компаний. Франко-бельгийская TotalFinaElf заключила договор с ЮКОСом о совместной разведке месторождений на шельфе Черного моря. Более двух десятков небольших совместных предприятий разрабатывают нефть на небольших месторождениях в Коми и в Западной Сибири. Консорциумы с участием иностранного капитала разрабатывают три месторождения по соглашениям о разделе продукции (СРП) – два на Сахалине (Сахалин-1 и Сахалин-2) и одно в Тимано-Печорской провинции (Харьяга).
Пока иностранное участие в российской нефтянке этим и ограничивается: Госдума не может принять закон по СРП, так как постоянно испытывает давление нефтяного лобби, связанного с российскими компаниями. Последние, кстати, становятся политической силой, причем не только на федеральном уровне, где лоббизм касается прежде всего работы парламента, но и в регионах. Так, нефтеносной Эвенкией сегодня управляет бывший вице-президент ЮКОСа Борис Золотарев, а губернатором Чукотки, нефтяные запасы которой сопоставимы с резервами соседней Аляски, с 2000 года является Роман Абрамович, один из крупных акционеров «Сибнефти». Активное проникновение нефтяных компаний в регионы связано с тем, что в лицензировании добычи и разведки нефти в России используется принцип «двух ключей»: лицензии выдаются Министерством природных ресурсов с согласия региональных властей. А при распределении последних свободных месторождений конкурентная борьба за право включения их на свой баланс резко усилилась. Ярким примером этой борьбы стал недавний скандал с выдачей лицензии по месторождению «Вал Гамбурцева» в Ненецком автономном округе летом 2001 года.

ПЕРСПЕКТИВЫ
На развитие нефтяной отрасли сегодня все смотрят с оптимизмом. Так, по мнению главы ЮКОСа Михаила Ходорковского, у России вполне достаточно нефти вплоть до момента угасания спроса на этот вид топлива: «В России огромные нефтяные резервы. У нашей нефтяной компании резервов хватит лет на тридцать. Но нефть – это тот товар, который будет нужен человечеству в сегодняшних объемах не всегда. По тем прогнозам, которые у нас есть, пика потребления нефти мировая экономика достигнет через двадцать лет, а до 2040 года будет происходить снижение потребления нефти и замещение ее другими видами топлива. На этот срок в России нефти – более чем с избытком».
Действительно, нефти в России немало, но структура ее добычи с каждым годом меняется.

Нефтяные поля Волго-Уральского бассейна выработаны на 80%. В крупнейших месторождениях Западной Сибири, таких, как Самотлор и Юганское, сегодня осталось не более 40% первоначальных ресурсов. Поэтому в ближайшее время география нефтедобычи будет существенно меняться

Первенство в нефтедобыче, впрочем, по-прежнему сохранит Западная Сибирь – там сконцентрировано 9,1 млрд тонн промышленных запасов нефти. Существующая инфраструктура – нефтепроводы, линии электропередачи, дороги, нефтяные города с квалифицированным персоналом – сыграют свою роль в поддержании статуса Западной Сибири как важнейшей нефтяной провинции.
Однако Западную Сибирь ждет конкуренция. Одним из конкурентов является Тимано-Печорская провинция, расположенная на территории Республики Коми и Ненецкого автономного округа. В ее недрах – 1 млрд тонн доказанных резервов и еще 1 млрд тонн предполагаемых. По оценкам аналитиков, уровень добычи нефти в Коми и в Ненецком округе к 2005 году должен увеличиться вдвое и достигнуть 25 млн тонн.
Разработка ресурсов провинции во многом упирается в реализацию транспортного проекта «ЛУКойла», который планирует создать систему, альтернативную государственной транспортной монополии «Транснефть». Уже в 2005 году через арктический порт Варандей на побережье Баренцева моря «ЛУКойл» собирается танкерами-ледоколами отправлять на экспорт до 5 млн тонн нефти в год. В декабре 2001 года на верфи в Санкт-Петербурге был спущен четвертый из пяти танкеров-ледоколов, построенный по заказу этой нефтяной компании.
Еще одним конкурентом Западной Сибири станет Восточная Сибирь. Сейчас разработка нефти на месторождениях Эвенкии, Иркутской области, Красноярского края и Якутии крайне мала, но нефтяные компании уже развернули широкомасштабные инвестиции в разведку и разработку нефти в этом регионе. Первым на очереди месторождением является Юрубчено-Тахомский блок в Южной Эвенкии. По оценке геологической компании Miller & Lentz, доказанные запасы нефти здесь составляют 700 млн тонн. Разработка этого и других месторождений, лицензиями на добычу которых владеют ЮКОС и «Сибнефть», к 2010 году должна поднять добычу нефти в Восточной Сибири с нынешних мизерных показателей до 25-30 млн тонн. Для этого, естественно, потребуются серьезные инвестиции в инфраструктуру региона, где нет не только ниток нефтепроводов, но зачастую и обычных автомобильных дорог.
В ближайшее десятилетие должна возрасти добыча нефти и еще в одном восточном регионе – на шельфе острова Сахалин. В 2010 году уровень добычи должен достигнуть 20-25 млн тонн, что в 10 раз больше, чем сегодня. Реализация сахалинских проектов во многом облегчается тем, что здесь не нужны серьезные вложения в транспортную инфраструктуру: нефть добывается на платформах в Охотском море, где она сразу может грузиться на танкеры и отправляться на экспорт, преимущественно в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.
Благодаря развитию этих проектов, а также применению новых технологий добычи на старых месторождениях, Россия сможет сохранить свои позиции на мировом нефтяном рынке. При уровне нефтедобычи около 350 млн тонн наша страна сможет экспортировать около 120-140 млн тонн в год, что даже при довольно низких ценах (см. «Мифы себестоимости») обеспечит экономику России средствами для выплаты долгов и формирования бюджета. Сейчас, после десяти лет преобразований, российская нефтянка наконец достигла стабильности и может развиваться исходя из целей, достижение которых необходимо для ее собственного развития, а не для решения сиюминутных политических задач.

Александр Кокшаров



МИФЫ СЕБЕСТОИМОСТИ
Если верить публикациям в отечественной прессе, средняя себестоимость добычи нефти в России чуть ли не в десять раз выше, чем в Саудовской Аравии. Однако на самом деле себестоимость арабской нефти колеблется вокруг отметки 1,5 доллара за баррель, а российской – 3-4 доллара за баррель, то есть ровно на том же уровне, что и средняя себестоимость добычи Royal Dutch/Shell или British Petroleum по всему миру.
ЮКОС, например, на своих месторождениях исходит из цифры 3,66 доллара за баррель. И даже «Татнефть», которая эксплуатирует сильно истощенные промыслы на последних стадиях разработки, работает с себестоимостью добычи около 3 долларов за баррель. Себестоимость добычи российской нефти значительно снизилась в постсоветское время, преимущественно благодаря инвестициям в новые технологии разработки месторождений, которые компании осуществляли в последние годы. Таким образом оказывается, что российская нефть дешевле норвежской нефти Северного моря (5 долларов за баррель), не говоря уже об украинской (33 доллара за баррель). Поэтому в большинстве своем российские нефтяные компании могут выдержать падение цен на нефть до 10 долларов за баррель.

[вернуться к оглавлению]     [обсудить статью на форуме]     [следующая статья]
Журнал уже в продаже

ГОСУДАРСТВО

Обзор экономической политики
ИЗ ЗИМНЕЙ СПЯЧКИ
Тарифы на газ, электроэнергию и транспорт подняли; закон о противодействии отмыванию грязных денег принят; дискуссию вокруг Центробанка еще предстоит «взорвать»

Событие
В ОЖИДАНИИ «БРАТА-3»
Даже в годы ожесточенного противостояния двух сверхдержав мировой олимпийский истеблишмент не вел такой грязной и несправедливой игры против России, как в Солт-Лейк-Сити

Конфликт месяца
МАРШ НА ВОСТОК
В феврале Ватикан официально объявил о создании в России четырех католических епархий. Отныне в документах Ватикана территория России будет именоваться «церковной провинцией» Римско-католической церкви

МЕРТВЫЕ ДУШИ
За одну ночь количество российских католиков достигло фантастической цифры - 13000000 человек

Событие
АТЕИСТЫ ПРОТИВ ПАТРИАРХА
Полемика о введении курса «Основы православной культуры» в государственных школах приобрела особую остроту

Информационные технологии
СТАНЕТ ЛИ РОССИЯ «ЭЛЕКТРОННОЙ»?
C 2002 года должна начаться реализация федеральной целевой программы «Электронная Россия». По масштабам финансирования она вполне сопоставима с планом ГОЭЛРО, но, в отличие от последнего, весьма неконкретна


ТЕМА НОМЕРА: НЕФТЬ И ПОЛИТИКА

ДОНОРЫ И КРОВОСОСЫ
Неравномерность распределения нефтяных ресурсов в условиях их истощения меняет геополитическую картину мира

КЛЮЧИ ОТ ПОДЗЕМНЫХ КЛАДОВЫХ
По мнению Владимира Путина, Россия обладает огромными ресурсами, однако государство распоряжается ими неграмотно и нерачительно

КТО ОСТАНЕТСЯ В ВЫИГРЫШЕ?
Похоже, сценарий изменения структуры мирового энергопотребления будут писать развитые страны

СМУТНОЕ ВРЕМЯ ПОЗАДИ
Быстрый рост добычи «черного золота» показал, что кризис российской нефтянки, начавшийся в 90-х годах, наконец, преодолен

ЖУРАВЛИНЫЕ ТАНЦЫ
Не будучи в состоянии влиять на мировую конъюнктуру рынка нефти, российское правительство и наши нефтяники, тем не менее, выжали из дискуссии на эту тему максимум выгоды

ЗА ФАСАДОМ ПРОЦВЕТАНИЯ
Самая богатая нефтяная монархия мира Саудовская Аравия находится на пороге перемен

КАК ПОТРАТИТЬ НЕФТЕДОЛЛАРЫ?
Доходы от экспорта нефти превратили несколько небольших княжеств Персидского залива в богатейшие страны с современной инфраструктурой и высоким уровнем жизни

БЫВАЕТ И СЛАНЦЕВАЯ НЕФТЬ...
В некоторых странах, даже вполне обеспеченных традиционными энергоресурсами, продолжается опытное и промышленное производство нефти и нефтетоплива из горючих сланцев. А как с этим обстоят дела в России?


ХОЗЯЙСТВО

Интервью
ВЛАСТЬ И БИЗНЕС ДОЛЖНЫ ВЕСТИ ПОСТОЯННЫЙ ДИАЛОГ
Интервью президента Торгово–промышленной палаты РФ Евгения Примакова

Финансы
КАКОЙ РУБЛЬ НАМ НУЖЕН?
Курс рубля оказывает огромное влияние на экономическую жизнь страны. Попробуем рассмотреть аргументы за и против крепкого рубля

Событие
СБЛИЖЕНИЕ С ВТО НЕ РАДУЕТ ГРЕФА
Впервые за все время переговоров с ВТО весьма жесткую позицию по данному вопросу озвучил министр экономического развития и торговли Герман Греф

ПРОДАВАТЬ БЕЗ РАЗГОВОРОВ НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ
В феврале начался новый раунд приватизации госсобственности. С участием ФСБ

Макроэкономика
ЭКОНОМИКА БЕЗ ПОЛИТИКИ
Начавшийся в декабре--январе спад промышленного производства в России ставит под сомнение восстановление позитивных тенденций в экономике

Мнение
СТЕРЖЕНЬ НАШЕГО БУДУЩЕГО
Сибирский академик Владимир Накоряков рассуждает об экономическом будущем России

Рынки капитала
АМЕРИКАНСКАЯ ФИНАНСОВАЯ БОМБА
Крах фондового рынка США сделал беднее каждого второго американца

Налоги
ОБРАТНО В ТЕНЬ?
Новогодние поправки к Закону о едином социальном налоге вынуждают бизнес вернуться в «серую» экономику

НОВЫЕ НЕВОЗВРАЩЕНЦЫ
Возвращать из бюджета излишне уплаченные налоги экспортерам становится все труднее

Событие
ГОЛОВОЛОМНАЯ ОТЧЕТНОСТЬ
Бухгалтеров собирают на стадионах, чтобы научить их новым правилам ведения документации. Счетоводы близки к панике

УСЛУГИ ИЛИ ТАИНСТВА?
Устанавливать в храмах кассовые аппараты и выписывать приходные ордера за крещения – с такими требованиями выступают налоговые инспекции

Таможня
УТРОМ ДЕНЬГИ – ВЕЧЕРОМ БУМАГИ
С 12 февраля импортеры электробытовой и компьютерной техники живут по новым правилам. Судьба импортных пошлин на подержанные иномарки отложена до лета. Разгорается очередной куриный конфликт

Анализ тенденций российских финансовых рынков
БЕЛОЕ НА ЧЕРНОМ
Несмотря на ухудшающуюся макроэкономическую ситуацию и падающие корпоративные показатели, рынок продолжает сохранять осторожно-позитивное отношение к России. Надолго ли?

Анализ тенденций мировых рынков
ЗОЛОТОЙ КЛЮЧИК ИНВЕСТИЦИЙ
Падение фондовых рынков и рост цен на золото свидетельствуют о снижении уровня оптимизма международных инвесторов


БЕЗОПАСНОСТЬ

Геополитика
АМЕРИКАНСКИЙ ВЫЗОВ
Америка, наконец-то, нашла себе нового глобального врага. Это Иран, Ирак и Северная Корея, входящие, по мнению Джорджа Буша, единую «ось зла»


ВПК

ВСЕ ДАЛЬШЕ ОТ ЗВЕЗД
Останется ли Россия великой космической державой

Событие
«КОСМИЧЕСКИЙ ГЛАЗ» ЗАКРЫЛСЯ
Демонтаж военной базы в Лурдесе (Куба) – весьма спорное решение высшего политического руководства России

Спецслужбы
ЛЕВ ТЕРМЕН: РАЗВЕДЧИК, УЧЕНЫЙ, МУЗЫКАНТ
Эксклюзивные факты о жизни и деятельности одного из самых разносторонних людей минувшего века


ТЕРРИТОРИЯ

Жизнь
ЗЕМЛЯ ЖДЕТ
Год назад в трехстах верстах от Москвы возникла невиданная прежде в России форма хозяйственного уклада. Там пересеклись пути столичной монашеской обители и небольшого рязанского колхоза

Соседи
СТРАНА НЕВЫУЧЕННЫХ УРОКОВ
Протесты местной молодежи против изучения русского языка и молдавской истории послужили поводом для попытки свержения действующих властей Молдавии


ОПЫТ

Традиции
ВО ВСЕМ ПЕРВЫЕ
Если попросить любого человека назвать фамилию, связанную с развитием металлургии в России, наверняка услышишь в ответ: «Демидовы»

Исторические портреты
РУССКИЙ СФИНКС
Александр III: Император и человек

Параллели
ГРОЗИТ ЛИ НАМ СУДЬБА АРГЕНТИНЫ
Экономические рецепты, которые привели к краху большую, богатую и высокоразвитую страну Латинской Америки, еще недавно пытались «выписать» и России


ЧЕЛОВЕК

Дело
НАСЛЕДНИК ГУТТЕНБЕРГА
Книга тиражом в один экземпляр, книга, на создание которой уходят годы, – этому, казалось бы, коммерчески безнадежному делу посвятил свою жизнь питерский издатель Петр Суспицын, возродивший искусство рукотворной книги

Пост
ВКУСНОЕ ВОЗДЕРЖАНИЕ
Великий пост – хороший повод поговорить о традициях русской кухни и гастрономических ограничениях

Дом и семья
КОГДА ТИНЕЙДЖЕР НЕ ХОЧЕТ ХОДИТЬ В «ЧЁРЧ»...
Известный московский протоиерей о. Димитрий Смирнов делится с читателями своими мыслями по поводу взаимоотношений супругов и воспитания детей

Культура
МУТНАЯ ВОДА
Часто ли имя очередного «культового» писателя говорит вам что-то, кроме имени его последней жены? Не часто? Давайте попытаемся понять, почему так происходит


 
При перепечатке и цитировании материалов - ссылка на "РП" обязательна   © "РП" 2001 - 2005
webmaster

Сайт РПМонитор
РПМонитор - ежедневный аналитический интернет-журнал