ГЛАВНАЯ    АРХИВ    О ЖУРНАЛЕ    ФОРУМ    ПАРТНЕРЫ
# 1 (2) январь 2002

ВОЙНА

Охота на волков

Один день из жизни командующего Объединенной группировкой

Генерал-лейтенант Владимир Ильич Молтенской (на снимке - слева) принял группировку недавно. Но новичком его в Чечне не назовешь. Именно он вместе с генералом Булгаковым командовал в январе 2000 года штурмом Грозного. На его счету несколько крупных боевых операций. Сегодня его войска проводят операцию в Ножай-Юртовском районе. Там, в горах, по данным разведки, скрываются основные главари боевиков - Хаттаб, Масхадов. Где-то там же и логово Басаева...


Погода была "миллион на миллион", как говорят летчики. Высокое, но уже не жаркое солнце заливало бесконечную и ровную, как стол, степь. И лишь далеко на горизонте сизыми призраками горбатились горы. Там грозно и покойно дремал Кавказ. Мы летели к нему над прикавказскими равнинами по тому старинному военному пути, которым последние двести лет шагали на Кавказ русские полки, катились двуколки и брички, шли обозы с оружием, порохом, амуницией. А оттуда, им навстречу, тянулись телеги с ранеными и увечными солдатами, гарцевали на великолепных ахалтекинцах познавшие войну отпускники, гнали на столичный суд закованных в колодки пленных абреков. Раньше путь на эту войну занимал неделю. Эдакое неторопливое и размеренное погружение в кавказский ад. Дорожные станции, трактиры, гостиницы, рекрутские депо и последним чистилищем на границе с непокорными областями - Моздок... Теперь этот путь укладывается в час с небольшим лета от Ростова до Моздока. И еще сорок минут на "вертушке" от Моздока до Ханкалы. Правда, раньше у абреков не было "стрел" и "зэушек"...

"... Предъявителю сего разрешается проезд через блокпосты и КПП без проверки и досмотра в любое время суток. Подпись - министр сельского хозяйства Чечни. - Молтенской отбрасывает красную книжечку на стол. - А знаете, кому выписан этот "пропуск"? Ни за что не догадаетесь: главному стоматологу Гудермеса. Какое отношение "министр сельского хозяйства "имеет к проезду через КПП и блокпосты? И для чего стоматологу проезд без досмотра, да еще в любое время суток?.. И вот такие "удостоверения" тысячами гуляют по Чечне. Есть даже специальная "такса" на получение подобной "ксивы". Ее потом смело суют под нос солдатику или постовому сержанту. И закатывают скандалы, если те вдруг пытаются исполнять свои обязанности. Прессе жалуются на "беззакония" военных. Подъезжали и ко мне с "разговорами по душам", предложениями быть "помягче", "поуступчивее". Здесь полно желающих установить командующим "неформальный контакт". Но, как говорил один умный человек, "каждая внеслужебная связь уменьшает степень свободы командира!" Обходимся без "неформальностей". Мы уже изъяли почти пять мешков этой макулатуры. И будем дальше изымать. Я отменил все это безобразие. Отныне никаких самопальных пропусков. Они - исключительно для прохода в то или иное учреждение. А для перемещения по территории Чечни есть только три документа:общероссийский паспорт, документ на автомобиль и складская справка, если везешь груз. Все! Больше ничего. Из спецдокументов действителен только "рошевский" пропуск.. Но за них уже мы отвечаем". - Молтенской откидывается на спинку кресла.

... Чем дольше наблюдаешь за Молтенским, тем больше удивляешься тому, сколько фактов и деталей одновременно держит в голове командующий. Словно мозаику, он складывает из них картину обстановки, анализирует ее, просчитывает вперед. Информация не ограничивается чисто военными аспектами. Командующему группировкой недостаточно быть только военным: он не сможет понять Чечню, не сможет почувствовать всю сложность и неоднозначность происходящих здесь процессов. А без этого контролировать мятежную кавказскую провинцию невозможно. И подобная "универсальность" командующего вызывает глубокое уважение.
"Мы провели анализ "гуманитарки", поступившей за последние месяцы в Ингушетию, - рассказывает Молтенской. - Получилось, что на каждую из двухсот тысяч семей пришлось почти по пятнадцать килограммов. Но я отлично знаю, что, дай Бог, только одна семья из десяти эту помощь получила. А где же остальная? В горах, кормит боевиков! Мы давно пытаемся добиться того, чтобы вся "гуманитарка" поступала централизованно в комендатуры и уже оттуда распределялась по администрациям. Но есть серьезные силы, которые заинтересованы совсем в другом. Прибыла тут к нам делегация некоей международной "гуманитарной миссии". Мы ее "прокачали", и выяснилось, что вся она, как на подбор, состояла из бывших офицеров спецслужб Англии и Франции и укомплектована, как хороший разведцентр. Радиостанции со канерами, таблицы частот - наших и боевиков. Но что особенно интересно - списки жителей для "адресной помощи", а там как на подбор - сплошь семьи боевиков. Такие вот "гуманитарии"...
Есть проблема и с распределением денег. Мы жестко контролируем "социалку " до районного уровня. Наши коменданты каждый месяц отчитываются по распределению средств. Но вот дальше - очень большой вопрос. То и дело поступают данные о том, что на местах до врачей, учителей, пенсионеров деньги не доходят, хотя главы администраций получили их в полном объеме. Вообще, сейчас одна из главных проблем для нас - это двойная игра части глав администраций, которые сотрудничают с боевиками. На нас даже пытались тут давить, мол, надо сокращать количество блокпостов, население от них устало. Но мы провели совещание всех глав администраций. И что выяснилось? Большинство глав, наоборот, попросили нас увеличить количество блокпостов. Главное - четко контролировать, чтобы милиция наша, российская, стоящая на них, не занималась вымогательством и не пропускала за "бабки" кого угодно и куда угодно. С этим мы сейчас боремся самым безжалостным способом.
Вот письмо от жителей села Дарго. Больше четырехсот подписей. Они просто умоляют командование не выводить из села наш мотострелковый полк. И мы пошли им навстречу. Кроме этого, приняли решение сформировать из местных жителей еще девять рот для охраны органов власти. Надо обеспечить их защитой, чтобы они не оставались один на один с боевиками..."

***
... Еще несколько секунд назад наша "восьмерка" стригла воздух буквально в десятке метров от земли, но вот земля ушла вниз, и под шасси вертолета загорбатились густо заросшие лесом горы. Тотчас забабахали отстреливаемые тепловые ловушки, разлетаясь в стороны яркими золотыми шмелями. Их магниевый жар должен обмануть, увести за собой тепловые головки самонаведения ПЗРК.
(Летом у боевиков появилась целая партия ракет "Стрела". Несколько штук недавно были захвачены "спецназом" при штурме одного из горных складов. Судя по номерам, ракеты из партии, которая была оставлена в свое время грузинской армии. Но лукавые грузины утверждают, что эта партия была давно израсходована - чуть ли еще не на прошлой абхазской войне... Но именно этими "израсходованными" ПЗРК осенью был сбит над Грозным вертолет с комиссией Генштаба. И еще несколько ракет до сих пор остаются в арсенале боевиков.)
Сверху нас прикрывает пара "крокодилов" - боевых Ми-24. Они выписывают над нами "восьмерки" и чем-то напоминают борзых, настороженно рыскающих в поисках следа.

***
Лесистые склоны, как пестрый восточный ковер, - алые, золотые, багровые, рыжие. Горы то почти в упор приближаются к "борту", наплывая вершинами, то вдруг проваливаются вниз глубокими узкими ущельями и протоками рек. Если бы не война, этот полет был бы чудной экскурсией по горному Кавказу. Но сейчас в этой красоте есть что-то тревожное. От этих склонов и вершин веет опасностью. Где - то там прячутся боевики, провожают нас ненавидящими взглядами, до боли в пальцах сжимают оружие. Но инстинкт самосохранения сейчас сильнее... Смотришь сверху на этот безбрежный массив и только диву даешься - как в этих горах можно кого-нибудь вообще обнаружить и уж тем более окружить, уничтожить. Но вот внизу мелькнули темно-оливковые бруски боевой техники, и вертолет, заложив крутой вираж, начал осторожно пристраиваться на посадку. Проходит еще несколько секунд, и пневматики колес глубоко впечатываются в жирный чернозем горы. Площадка приземления развернута на плоской вершине одной из гор. Прямо под ней небольшой аул. А на склоне полевой штаб воюющей здесь группировки. Стихают движки, и мы спрыгиваем в знакомый "чеченский пластилин".
... За ночь земля успевает промерзнуть. Снежный иней до сих пор искрится в тени деревьев и на седом костяке высохшего бурелома по краям поляны. Но днем, на ярком солнце, верхний слой раскисает до мягкости пластилина, который топким пластом лежит на ледяной, скользкой корке неоттаявшей земли. Идти по нему - особое искусство. Ноги вязнут, на каждый башмак налипает по огромному кому "пластилина", но стоит чуть ошибиться, неточно поставить ногу - и каблуки предательски скользят по ледяному панцирю. После падения в этот "пластилин" чистить одежду просто бессмысленно:он, как майонез - чем сильнее его оттираешь, тем глубже он въедается в одежду. Единственный способ - дождаться, пока грязь сама высохнет и отвалится.

***
Неуклюже ковыляем вниз по склону к автобусу, где развернут "цэбэу". У боевой техники заботливые солдатские руки уже набросали досок и ломаных веток. Идти сразу становится легче. В автобусе командующему докладывают обстановку. Операцией здесь руководит начбой округа генерал-майор Николай Богдановский. По всему чувствуется, что с командующим у генерала полный контакт. Богдановский вместе с Молтенским склонились над картой. За ночь полки и батальоны завершили внешнее окружение района, где блокированы боевики. Теперь задача - сжимать и утягивать этот "мешок", не давая "волчарам" из него вырваться.
- Что по лидерам? - спрашивает Молтенской.
- Масхадов ночью выходил на связь вот из этой точки, - карандаш Богдановского клюет небольшой распадок на карте. - Мы нанесли сюда удар артиллерией. С тех пор молчит. Хаттаб уже второй день молчит. Вообще нервничают. Жалуются, что аккумуляторы в станциях садятся. Читают друг другу сводки из Афганистана, бодрятся. Мы их накрываем. Вчера передали что Зелимхан женился...
Перехватив мой удивленный взгляд, генерал поясняет:
- "Женился" - значит погиб. Так боевики кодируются...
Докладывает начальник разведки, невысокий плотный полковник ГРУ. Я хорошо его запомнил еще по той войне. Цепкий, собранный, немногословный. Слышу знакомые названия: Центорой, Белготой, Дарго...

***
Неожиданно в автобус стремительно поднимается один из разведчиков.
- Спецназ докладывает, что наблюдает группу боевиков на склоне горы! Вот здесь... - разведчик ставит на карте точку карандашом. - Двигаются вот в этом направлении. Примерно через полчаса выйдут сюда...
И тотчас обстановка на "цэбэу" меняется. Время словно уплотняется. В глазах офицеров появляется охотничий азарт. Начался загон...
- Ваше решение, Николай Васильевич? - обращается Молтенской к Богдановскому.
- Нанести удар артиллерией и авиацией, потом прочесать район спецназом.
- Действуйте.
- Кто у нас в воздухе? - голос Богдановского ровен, но в нем сразу появился металл...
- Пара "двадцать четвертых", но они прикрывают "альфу".
- Поднимайте еще пару. После того, как они взлетят, перенацельте эту на удар. Поднимайте штурмовики. Первая пара в штатном варианте, а вторая с зажигательными баками. Весь склон выжечь!
- Есть!
- Артиллеристы!
-... Уже рассчитываем данные.
- Через сколько минут будете готовы к стрельбе?
- Думаю, через пятнадцать минут откроем огонь, товарищ генерал.
- Добро. Огонь открывать по готовности. После вас работает авиация.
- Есть!
- Где наши группы? - обращается Молтенской к начальнику разведки. Тот показывает место на карте:
- Вот здесь и здесь. Еще две выдвигаются вот сюда и сюда...
- Так. Это очень близко к месту удара. Останови своих разведчиков на этом рубеже... - Молтенской стремительно делает пометки на карте. - И эту группу оттяни на километр.
- Есть!..
Через несколько минут в автобусе повисает особая, "штабная" напряженная тишина. Все распоряжения отданы, и теперь остается только ждать результата. Работа штаба на войне всегда связана с интуицией, с умением опередить время, просчитать обстановку на часы вперед. Штаб, как "машина времени", опережает реальность. Но как тяжело и мучительно потом ожидать, когда реальность, наконец, догонит расчет! И мастерство, искусство штаба в том, чтобы догнавшая его расчеты и планы реальность с ними полностью совпала...

***
... Шагающие по далекому склону боевики даже не подозревают, что за ними уже давно внимательно наблюдают холодные, бесстрастные глаза русского спецназа. Что они стали целью, мишенью. Они не догадываются, что пришла в действие и закрутилась огромная боевая машина. За сотню километров отсюда на старт уже выруливают штурмовики. Под их плоскостями нависают тяжелые темные "капли" бомб и зажигательных баков, которые спустя всего несколько минут рухнут на головы боевиков, выжигая, испепеляя все вокруг. Они не знают, что за десятки километров от этих гор, рябые от частой стрельбы стволы гаубиц уже разворачиваются в сторону гор и наводчики торопливо крутят рукоятки подъемных и поворотных механизмов. Что заскорузлые, в мазуте и масле, руки заряжающих уже вогнали банниками в казенники тяжелые чушки снарядов и уложили на лотки золотистые гильзы зарядов. И невидимые линии траекторий стремительно скользят через вершины и распадки, сходясь на этом склоне.
Боевики переговариваются между собой, шутят, устало поругивают солнце и хорошую погоду, которая благоприятствует русским самолетам, чутко вслушиваются в небо и не знают, что с каждым своим шагом они все ближе к тому рубежу, где на их головы обрушится огонь. С каждым шагом они все ближе к месту своей смерти...

***
-... По этому квадрату нанесете срочное огневое поражение. Расход - девяносто. Потом отработают вертолеты, за ними штурмовики. Быть в готовности нанести повторный удар по уточненным данным! - голос начарта простуженный, с хрипотцой:штаб уже пятые сутки кочует по горам...
- Ну что твои разведчики? - В голосе Молтенского чувствуется легкое нетерпение.
- Отошли. Остальные группы остановлены. Можно работать.
- Артиллеристы?
- Готовы, товарищ командующий!
- Авиация?
- "Двадцатьчетверки" взлетели, через десять минут будут здесь. Вторая пара перенацелена и находится в районе ожидания. Штурмовики также в районе ожидания.
- Тогда работаем...

***
... Неожиданно чуткое ухо полевого командира уловило тончайшую вибрацию воздуха. Еще не разобрав до конца, что это такое, он сердцем почувствовал опасность. Замер, вслушиваясь в привычные звуки осени. Но уже через мгновение вибрация налилась силой, превратилась в знакомый до судорог шелест подлетающего снаряда. Командир еще успел гаркнуть команду "Рассыпаться!" и, подчинясь инстинкту самосохранения, бросился на землю, вжимаясь в нее, словно это могло помочь спастись. А потом склон горы под ним вдруг вздыбился, и мир утонул в яркой, бесконечной вспышке...

***
Даже здесь, за несколько километров до места удара, земля вздрагивала от разрывов, как живое существо. Сначала далекий склон проутюжила артиллерия. Стоило ей замолкнуть, как над нами прошлепали лопастями "двадцатьчетверки". Они легли на боевой курс, и от их коротких крыльев к земле потянулись дымные росчерки "нурсов". Один заход, второй. Наконец вертушки развернулись и ушли в сторону Ханкалы. Но тишина была недолгой. Откуда-то из-за зенита, затопив все вокруг форсажным ревом, на склон спикировали штурмовики. Мгновение - и, промелькнув над головами темными зарубками, они вновь растворились в синеве. А еще через пару секунд земля под ногами вновь заходила ходуном. Наконец все стихло.

- Дайте команду разведчикам осмотреть район удара. - Обращается Молтенской к Богдановскому.
- Сделаем, Владимир Ильич! - кивает генерал.
Напряжение последних минут начинает потихоньку спадать.
- Ну, что планируете на завтра? - уже совсем буднично спрашивает командующий.
- Завтра к десяти утра полки выйдут вот сюда и сюда... - Богдановский очерчивает на карте линию, она почти вдвое затягивает "мешок", в котором скрываются боевики. - Проведем зачистку аулов Белготой и Центорой. Прочешем спецназом горы над ними. Там, по данным разведки, у них есть базы и "схроны". Примерные их координаты у нас уже есть. К вечеру постараемся уплотнить внутреннее кольцо и дополнительно усилим внешнее. Я думаю, что скоро они попытаются прорваться...
- Добро. Тогда мы будем собираться. - Молтенской встает.
- Товарищ командующий, обед готов. Повар старался. Плов приготовил... - улыбается Богдановский.
Для человека военного разделить стол с сослуживцами, и тем более с подчиненными - это не просто дежурное "мероприятие". Это знак уважения, товарищеского расположения, боевого братства. И потому командующий, несмотря на сытный обед в резиденции Кадырова, где Молтенской утром встречался с аппаратом правительства, конечно, соглашается на плов. И плов того стоил!
За обедом Молтенской вдруг вспомнил, как выводил из объединившейся Германии последнюю мотострелковую дивизию, которой он тогда командовал. Рассказал, как немцы спросили, что делать с советскими танками, которые памятниками стояли на улицах некоторых городов. Мол, нельзя ли их продать как металлолом, а деньги поделить.
"Я сказал - нет! Это наша гордость и память о нашей Победе! А потом снял их и вывез в Россию все четыре танка..."
И этот поступок - тоже штрих к портрету генерала...

"Зимой в горах без заранее подготовленных баз и схронов много не навоюешь, - говорит Молтенской. - И мерзлую землю особо не покопаешь. Поэтому сегодня наша главная задача - громить их базы и склады. А уж в поселках мы их додавим. В этом деле опыта нам уже не занимать. Настроение у боевиков сегодня не лучшее. Еще весной автомат на рынке стоил пятьдесят долларов, а сегодня уже пятьсот. Вырастет и еще в пять раз, если большинство каналов их покупки перекроем. Только на днях в Ставрополье арестовали нескольких подонков в милицейских погонах, которые изъятые нами стволы, доставленные туда для уничтожения, опять продавали боевикам. Вообще, боевики все чаще в радиоперехватах говорят о том, что русских де уже научили воевать, и теперь пора перебираться в Афганистан - учить американцев. И чемоданное настроение у них не от хорошей жизни. Но поросячьего оптимизма у нас быть не должно. Враг жесток, умел, очень быстро адаптируется к изменению обстановки. Его можно победить только настойчивостью, волей, постоянным и непрекращающимся силовым давлением, удержанием инициативы..."

***
Обратный полет, показалось, занял вдвое меньше времени. Командующий молча сидел у окна, внимательно вглядываясь в землю, расстилающуюся под нами. Ровные, словно причесанные, вспаханные поля. И я вновь ловил себя на мысли, что на прошлой войне не видал вспаханных полей.
... Дымки над трубами, ровные ряды ухоженных садов, "высоковольтки", стада в полях. Обычная, рутинная картина. Но что видел сквозь нее командующий? Ведь это была ЕГО земля, он отвечал за ее мир и покой, ЕМУ доверены сотни тысяч жизней его солдат и местного, такого странного, заблудившегося, запутавшегося в себе и во времени народа. И груз этой ответственности давил на плечи командующего.
Вертолет пошел на посадку. Внизу замелькали дома и казармы новой Ханкалы. И Молтенской как-то сразу подобрался. Куда-то пропала усталость, распрямились плечи. Группировка встречала своего командующего...

***
На следующий день поступил доклад командира группы спецназа, обследовавшего район нанесения удара. На месте было обнаружено девятнадцать трупов боевиков. Их оружие и документы собраны и доставлены в штаб группировки. А еще через день в районе "мешка" в засаде был уничтожен один из ближайших друзей Басаева бригадный генерал Умалатов и четверо его заместителей. Охота на "волков" продолжается...

После активных военных операций осени 1999-го - весны 2000 годов неожиданно наступила "расслабуха" и был впустую потрачен целый год. Военным дали команду "стоп" и громогласно объявили, что теперь дело за политиками. Москва стала "раскручивать" администрацию Ахмада Кадырова, который обещал примирить и разоружить многих влиятельных полевых командиров. Чтобы не мешать этому "миротворчеству", боевые действия были фактически сведены на нет. Войскам запретили входить в села и аулы, где, по замыслу авторов этого плана, должны были действовать подразделения ВВ, МВД и местной милиции.
Но план этот был хорош только на бумаге.
Администрация Кадырова оказалась не в состоянии контролировать обстановку на местах. Формирование местного МВД шло очень медленно, а его работоспособность оставляла желать лучшего. Не было ни достаточного количества подготовленных и лояльных кадров, ни технических возможностей. Рушайловское же МВД службу в Чечне несло "вахтовым" методом и тем более не могло надежно "держать" этот регион.. Едва ли не главным критерием "работы" стало "отсутствие потерь", чего добивались весьма незамысловатым способом:сворачивали боевую активность, отсиживаясь на базах, а зачастую и просто "договариваясь" с боевиками.
В итоге еще совсем недавно разгромленные и деморализованные боевики смогли вернуться в поселки и аулы и спокойно перезимовать. За зимние месяцы они пришли в себя. Восстановили связь, единое управление, организовали взаимодействие. Развернули широкую подпольную сеть. Восстановили арсеналы. В целом ряде поселков и сел горной Чечни боевики вообще взяли власть под свой контроль, а непокорных "пророссийских" глав администраций уничтожили. И с весны этого года развернули активную минно-диверсионную войну. Война пошла на второй круг.
В этих условиях было принято решение передать управление контртеррористической операцией ФСБ России. И с лета этого года начался новый этап. От бесполезных эмведешных "массовых зачисток", эффективность которых равнялась нулю (поскольку еще на этапе согласования этих "зачисток" с местной администрацией боевики получали всю информацию о планах "федералов" и загодя уходили в горы), перешли к "адресным мероприятиям". Небольшие мобильные группировки российской армии, МВД и ФСБ в различных районах начали проводить локальные спецоперации на основе данных агентуры и радиоразведки. "Вычислялись" поселки и дома, где скрывались боевики, маршруты их движения, базы и схроны. После чего по ним наносились удары. Эта тактика себя оправдала. Всего за несколько месяцев было уничтожено и взято в плен боевиков больше, чем за весь предыдущий год.
Одним из "авторов" этой тактики называют генерала Молтенского. Именно при нем "ошахидился" знаменитый Арби Бараев, под его руководством были проведены операции, в ходе которых были уничтожены такие "знаковые" лидеры, как Абу Умар, Абу Джафар, "мясник" Цагараев, "бригадный генерал" Ташаев и еще целый ряд "волков" помельче...
В любом штабе группировки среди схем и карт на стене обязательно висит плакат с фотографиями всех основных полевых командиров. Почти половина снимков на нем уже либо перечеркнута красными крестами - что означает ликвидацию, либо "зарешечена" - взяты в плен.
За эту "нацеленность" Молтенского на лидеров боевиков его в войсках прозвали "охотником за головами" и "волкодавом"...

Одна из особенностей этой войны в том, что теперь боевые действия здесь ведет в основном Северо-Кавказский военный округ. Из других округов - только части "спецназа", "десантура" и "морпехи". И это понятно: элитные войска должны постоянно обкатываться в боевых условиях. Поэтому одна бригада ГРУ сменяет другую, один полк ВДВ - другой. Но все же основной костяк группировки - полки и дивизии СКВО. Вертолетчики, артиллерия, бронетанковая техника - все свое, "родное". Конечно, при такой "стабильности" группировки командование намного лучше знает свои части и подразделения. Само подбирает и расставляет командиров. И, как следствие, боевой дух, боеготовность этих частей не сравнить с тем, что было на прошлой войне, когда набранные "с бору по сосенке" некие "сводные" полки и дивизии бросались в огонь войны без выучки, отлаженного взаимодействия, а зачастую даже без простого знакомства друг с другом.
Сегодня армия качественно в ином морально-психологическом состоянии, но проблем все равно хватает. И главная из них - техническая отсталость. Десять лет реформ страшным плугом прошлись по армии. Новой техники практически нет. Пушки и танки в большинстве своем производства середины семидесятых. Вертолеты - кто после второго, а где и после третьего капремонта. Некоторым "бортам" вообще уже больше двадцати пяти лет. Но главное - страшно устарела связь, а также средства разведки и навигации. Война в горах - это война небольших мобильных отрядов. Здесь победу одерживает тот, кто раньше обнаружит противника, кто лучше сориентируется на местности, кто быстрее способен организовать взаимодействие. И здесь, как выразился один из "спецназовских" командиров, мы воюем техникой сорок пятого года против техники двухтысячного.
Террористы имеют отличную связь. Почти каждый боевик снабжен личной "моторолой" или "кенвудом", командиры имеют спутниковую связь, которая практически не засекается и не перехватывается. В каждой группе есть "джипиес" - небольшой блок системы спутниковой навигации, которая позволяет в считанные секунды с точностью до нескольких метров определить свое местоположение. У них отличные дневные и ночные бинокли. Боевики одеты в легкие, прочные, влагонепроницаемые и непродуваемые костюмы, имеют специальные экранирующие накидки, защищающие их от тепловизоров.
У нас же радиостанции - это тяжелые огромные ящики весом в десятки килограммов. О связи внутри группы спецназовцы могут только мечтать. "Джипиес" если и есть, то купленные за собственные или "спонсорские" деньги. Оптика и ночные бинокли тоже зачастую "самокупленные". Амуниция и форма вообще вне критики. Ватники и сапоги, в которых ходит большинство солдат и офицеров группировки, изменились со времен второй мировой войны только в смысле окраски. Если у кого-то и видишь что-то новое, современное, то все это куплено за свои кровные...

Владислав Шурыгин


[вернуться к оглавлению]     [обсудить статью на форуме]     [следующая статья]
Журнал уже в продаже

СОБЫТИЕ
«Церковь и нация снова вместе»
Унизительное утешение
Экспертный пул против вертикали власти
«Электронное правительство»
Не наш товар года
Заменим двенадцатилетку двадцатилеткой!

ГЕОПОЛИТИКА
Год рухнувших башен

ГОСУДАРСТВО
Годовой обзор экономической политики
Надзор за «прачечными»

ТЕМА НОМЕРА: ПАРАДОКСЫ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
В поисках пути
Антиглобалисты: кто они и откуда?
Разделенное человечество: взгляд Михаила Делягина
Комментарии Валерия Федорова, Гейдара Джемаля, Сергея Кара-Мурзы
Россия и ВТО: неравный брак
Интервью Сергея Глазьева
Дух века сего...
Христос и глобализация

ХОЗЯЙСТВО
Кузница русских радаров
Прицеп едет в гору
Американская экономика: рецессия или депрессия?
Годовой анализ тенденций российских финансовых рынков
Годовой анализ тенденций мировых рынков

ТРАДИЦИИ
Строгановы

МИЛОСЕРДИЕ
Знает ли левая рука, что творит правая?
Почем милость к падшим
О чем молятся атомщики

ВОЙНА
Кавказские грабли
Охота на волков

ТЕРРИТОРИЯ
Деревня Барятино

КНИГИ
Невидимая война
Лицо без маски

ВЕЧНОЕ
Жар зимнего солнца
Тайны Святой Горы

ТВОРЧЕСТВО
Зло в золоченой раме
Жажда рая

 
При перепечатке и цитировании материалов - ссылка на "РП" обязательна   © "РП" 2001 - 2005
webmaster

Сайт РПМонитор
РПМонитор - ежедневный аналитический интернет-журнал